«Я - вампир Лестат. Помните меня? Тот самый вампир, который стал суперзвездой рока и написал автобиографию. Тот самый светловолосый и сероглазый вампир Лестат, обладавший неутолимой жаждой известности и славы. Если помните, я хотел стать символом зла в сияющем и прекрасном веке, где совершенно не было места злу в том его буквальном и чистом виде, воплощением которого я являюсь. Мне даже казалось, что, выступая на театральной сцене в образе дьявола, тем самым я действую во благо…». Это слова из книги известной западно-попсовой писательницы Энн Райс, которую недавно мне довелось прочесть. Кто-то бы осудил за низкопробный пассаж и желание приобщиться к массовой литературно-вампирской идиллии (Авт.: все книги автора – именно об этой части нечистого мира), но не все. По крайней мере, смею надеяться…
Все мы смертны, чувства наши эфемерны, красота – увядаема, мысли – мимолетны. Все мы – люди. Те из нас, кого помнят веками и массово, живут вечно. Они – вампиры. Да-да, именно так и есть. Смеетесь и недоумеваете? А зря. Смотрите: писатель Николай Васильевич Гоголь, родился в 1809 году, а нервы школьникам треплет своим тяжелым и непонятно-воспитательным романом о неторопливом Тарасе по сию пору. Или вот, разговоры о его голове до сегодняшнего дня покоя особо фанатствующим литераторам тоже не дают. Мол, добудем эту голову и тоже станем вечно читаемыми…
Смотрите еще, раз этот пример мой для вас не состоятелен: мой      любимый Перси Биши Шелли утонул в 1822 году, тело его сожгли, а сердце вынули из груди и отдельно захоронили, написав на памятнике не пресловутое «У попа была собака…» (прости Господи за кощунство!), а «Сердце сердец» (Авт.: Это я для вас специально с латыни перевела!), и по прошествии почти двух веков сие обстоятельство тоже покоя не дает многим. Оскар Уайльд даже пьесу свою назвал просто и без прелюдий – «Могила Шелли». А сколько студентов-преподавателей-филологов лучшие годы своей жизни тратят на разгадку мистического «Освобожденного Прометея» и «Ченчи»!!!
Энергию мозга, силу характера, страстность эстетических чувств и фанатских порывов пьют вечно-живущие из нас! Они и есть вампиры. И это мы – их пища, а не они – наша. Поэтому не стоит обольщаться. Много читая, анализируя и переваривая, мы не станем более сытыми, как не станем и более талантливыми. Вечность не в умении различать буквы и составлять предложения. Вечность – в умении выбирать себе еду. Не едят же Гоголь и Шелли тупоголовых? Они их еще в период их чудесных школьных годов выплевывают, даже не дожевывая. Как один! И вечно-живущие правы, в гнилушках и пустышках не больше вкуса, чем в куске мыла, а для вечности нужна сладость!