Колобок. Модный вариант (Влад Вол)

О, благословенна ты, русская деревня!

О, благословен ты, люд деревенский, с простодушием и наивностью которого не сравнится даже только что народившаяся дрозофила...

Жилисты руки, бесцветны очи, беззубы дрожащие уста, воздыхающие с укором и болью:

- Эх, грехи наши тяжкие…

Тропа к амбарам и сусекам известна, бита-перебита кривыми пыльными калошами, окроплена слезами не единожды… Ненавистный путь…

Но идёшь…
Спотыкаясь и стеная, проклиная себя за немощь.
Метёшь-скребёшь, сжав в устах немой вопль отчаяния…
Назад – в дланях… Чтоб ни мучинки разгульным ветром не унесло в дали бездонно-лазоревые на потеху гримасному Яриле…

Снег - мука…
Клей - сметана…
Глина - тесто…
Движения скупые, механические, не глядя - помнит десница.
Баское злато маслица…
Печь ожидает, усмехаясь адово чёрным нутром, плюясь огнём и куражась дымом…

Рамы доселе двойные, запотевшие снизу… Обжигает морозная роса ноги по утрам. Дует… Здесь и остывать…

Ах! За мочку, за мочку, ну же! Горячо… Не терпит тонкая иссиня-прозрачная дряхлая кожа огня…
Кол из угла. Колом к окну. Колом о бок… Колобок…

Судьба…
Своя она у каждого…
Своя и у Колобка…

Глаза закроешь – дорога пыльная, зароды - истуканы, лес зовёт на горизонте, шля вассалов своих навстречу…
Очнулся, помутилось…
Качнуло…
С окна на лавку со стоном…
С лавки на пол, уста от боли кривя…
Порог, сени, двор, дорога… Бежит житие мимо, толкая тебя вперёд…

Полинялый уже, серый навстречу. Уши прижаты, шерсть колтунами… Нелегко ему, боязно…
Но пересиливает себя, лебезит:
- Съем я тебя… Прощай… Не мы решаем…

Всё? Вот и всё? А как же воды хрустальные, неиспитые? Как закаты лазоревые, неувиданные?
- Не надо сейчас… Молю… Что взалкал, проси…

Рвётся акафист, просится на волю…
Завсегда на Руси пели со стоном…
С надрывом пели, в слезах купаясь…

- Колобок я… Одинок я…
Била жизнь меня, вертя…
Из ниоткуда в никуда
Погнала меня беда…
Горемычна наша доля…
Лебедой пропахла воля…

Вновь вострые камни по ногам, вновь злобный ветер в лицо, вновь суматоха птичья – идёт! Идёт!

Услышал… На пути, дебелый, оскалом ощерясь:
- Зачем пришёл? Не ждал… Но покуда так вышло…

Эх, кручина наша неизбывная!
Рвётся из груди песней, души рвёт:

- Колобок я… Одинок я…
Сробили меня, шаля…
А внутрях она… Душа…
Притаилась не дыша…
Неизбывностью страша…

Позади многое… Позади…
И доброе и поганое…
Как бы внять, что предписано?
Как заглянуть вперёд через страницу?
Не листается…
Да и бессмысленно – чиста бумага… Чиста, как небушко летнее, как жаворонка звон утренний…

Улыбка… Хитрая, с ухмылкой велми схожая…
Страх в главу, морозный пот по челу… Глас хрипит, не слушается…

- Что же не поёшь? Али презираешь? – вызверившись, в душу...
- Колобок я… Жизнь моя,
Как травиночка, хрупка…
Мотыльком к огню опять -
Тело на огне распять…

Лукавство её - шрамами на сердце…
Заплакал бы – слёз нет… Иссушили слёзы солнышко жаркое до дорога пыльная…

- В очи мне загляни, на дно самое…
- Колобок я… Лес густой
Ближе с каждою верстой…
Там любовь… Погибель там…
За беднягой по пятам…

Хруст...
Вкус…
Вкус чужой боли…
Вкус чужого страдания…
Наслаждаться им, рвать его, пить его, забыв про совестливость…

Голодно нонче…